Ковид-19 нас учит. Но усваиваем ли мы уроки?

Грустный опыт

Эту статью приходится писать из-за широкой реакции на мой небольшой пост в Фейсбуке. О чем шла речь? За последние пару месяцев все больше моих знакомых переболевает ковидом, к счастью, в форме средней тяжести не выше и большинство лечатся амбулаторно. Что они рассказывают из своего опыта? Первое: заболевшие продолжают ходить на работу и заражать окружающих – целая семья так заболела. Второе: система медицинской помощи не справляется с нагрузкой, заболевшие с потерей или изменениями обоняния, типичной рентгенологической и КТ-картиной лечатся по ковидным протоколам, но результата мазка уже две недели нет, звонили в скорую в среду, там ответили, что еще обслуживают вызовы вторника и когда приедут не знают. Позвонил знакомый спортсмен – прочитал пост и позвонил. Он из ковид-диссидентов и был уверен, что даже если такой вирус есть, то с его-то тренированностью ему ничего не грозит. Как и положено – потерял обоняние, температура под 40, скорая приехала через 3 часа, сказали, чтобы вызывал участкового. Наутро дозвонился до участкового, тот ответил, что у него еще 70 вызовов со вчерашнего дня и он сегодня не придет, но участливо спросил, что друг принимает, внес коррективы в домашний ковид-протокол и пожелал удачи. Температура у спортсмена держалась 10 дней, вымотан он сильно и теперь в ковид верит, вся семья у него тоже переболела. Кстати, это не первый мой друг из квалифицированных спортсменов и ярых ковид-диссидентов, теперь уже бывших.

С неделю назад разговаривал с друзьями из ковид-госпиталя, говорят, что СИЗ и прочего достаточно, на снабжение и обеспечение сейчас не жалуются, хотя бывает дефицит отдельных препаратов, но, когда зашла речь об инфекции, один в сердцах выдал – «жалко, что не чума». На мой вопрос – а чего так сурово – ответил, что если бы умирали у всех на глазах на улице, то люди бы верили в угрозу, а так видим только мы и никто окружающий в серьезность не верит и не бережется. Сами медики напуганы, но привыкли и понимают, что профессиональный риск – это часть работы, сами защищаться вроде бы научились.

Какие приходится делать выводы из наблюдений

Относительно лечения у нас с коллегами завязалась дискуссия по переписке, все сходимся в одном – современная система протоколов и наказаний за отступление от протоколов исключает творчество врача, а лечение все еще остается скорее творческим процессом, чем исполнением инструкций. Но получается, что врач, действующий шаблонно по инструкции и теряющий больных не рискует, а врач, рискнувший и даже победивший – еще как рискует. Еще общий вывод – к лечению надо привлекать ревматологов – специалистов по системным заболеваниям, умеющих лечить «большие коллагенозы», т.к. вирус-вирусом, но запускает он аутоиммунный процесс, который и приводит к наиболее тяжелым последствиям. О летальности. Коллеги из госпиталя готовы согласиться с цифрой 1,5% (близкую цифру дает модель лайнера «Даймонд Принцесс», на котором заболели почти все пассажиры и экипаж) к цифрам 4-5% относятся скептически, но и полтора процента очень много – почти в 100 раз выше гриппа. Официальной статистике никто не верит и всерьез ее не воспринимает. Насчёт вакцины пока такой же скепсис, все понимают, что ближайший год – это в лучшем случае стадия клинических испытаний.

Ломать — не строить

Относительно состояния системы здравоохранения. Она в привычном нам виде существовать перестала, если сегодня это состояние полупаралича, то осенью можно ждать полного паралича. Мы и сейчас уже вынуждены больше рассчитывать на себя и помощь друзей, чем на официальные органы, дальше эта ситуация будет только усугубляться. Мы пожинаем плоды грубых ошибок в госуправлении медициной, допущенных за последние 20 лет. Поясню: «оптимизация» сократила с 1990 по 2018 гг. инфекционные койки почти в 3 раза (особенно жесткие сокращения шли с 2000 по 2010 г.) и штаты врачей-эпидемиологов тоже – здесь были две основные волны в 2000—2005 и 2013—2014 гг. Обращаю внимание, это все было в «тучные» нефтяные годы, то есть, вопрос не в нехватке денег, а в государственных приоритетах. И сейчас наступила расплата – сравнительно слабая эпидемия за полгода разрушила систему здравоохранения ядерной сверхдержавы. Объединение в 2004 г. системы санэпидстанций с госторгинспекцией с последующим созданием Роспотребнадзора привело к фатальным последствиям, кто понимал – еще тогда протестовали как могли. Та же история с преобразованием дезстанций во ФГУП «Профилактика». А теперь представим, что имели бы дело с вирусом, дающим летальность не 1,5%, а 15%? А есть куда более «эффективные» вирусы – все в лабораториях. То есть, запас прочности у системы здравоохранения оказался нулевой.

Что делать дальше?

Что делать? Один из комментаторов ернически написал к посту – «надо бежать» и «мы все умрем», на что мне пришлось ответить: а) бежать некуда, б)все не умрем, даже оспа и чума всех не убивали, переживем и это. Отсюда вывод – надо заняться минимизацией неизбежных потерь. Вопрос – как? Думаю, много был сделано за полгода нерационально и ошибочно, причем весьма затратно. Приходится признать, что российская эпидемиология в 2020-м году находится на более низком уровне, чем эпидемиология Российской империи в 1913-м. Я не шучу, а пользуюсь семейным архивом – мой прадед, земский врач Черноярского уезда, полковник, участник Русско-японской и Первой мировой войн, на фронтах занимался не только военно-полевой хирургией, но и организацией эпидзащиты войск, дома сохранились его дневники. Сей прискорбный факт нашим властям следует признать и посадить всех, кого положено, за парты (в кутузку не надо – толку не будет). Забыты азы – медицинская сортировка, разделение потоков, воздействие на звенья эпидпроцесса. Моим ровесникам на происходящее смотреть больно, наше поколение еще учили жить и работать(!) в условиях биологической войны, и учили хорошо.

Пока не поздно, необходимо создавать отдельную систему инфекционной скорой, отдельную систему диагностических и диспетчерских центров, восстанавливать систему инфекционных больниц. Ясно, что эпидемия с нами надолго, она будет снимать свою жатву еще несколько лет и нет никакой гарантии, что вскоре может появиться и более опасный вирус или иной микроб из уже известных или новых мутаций. Разговоры на тему «денег нет» считаю безответственной и аморальной болтовней – прекратите разбазаривать народные средства на внешнюю политику и заведомо бессмысленное супероружие. Деньги есть, наши ЗВР впервые в истории превысили 600 млрд. долл., легко найти и другие источники – было бы здоровье населения приоритетом политики на деле, а не на словах.

Статья была опубликована в газете «Астраханские ведомости» 16.08.2020

CATEGORIES
TAGS
Share This

COMMENTS

Wordpress (0)
Disqus ( )
Яндекс.Метрика